Эскалация атак на торговое судоходство в акваториях Чёрного и Азовского морей в 2026 году трансформировала логистические риски в ключевой ценообразующий фактор для экспорта российской пшеницы. По данным отраслевых аналитиков, базовые ставки страхования для крупнотоннажных судов, следующих из портов Азово-Черноморского бассейна, увеличились на 40—60% в годовом исчислении по сравнению с показателями 2024 года.

Фрахтовые ставки на экспортные маршруты также демонстрируют устойчивую динамику удорожания. Судовладельцы массово избегают заходов в черноморские порты или закладывают в контракты существенные надбавки за риск, что привело к росту фрахта на 25—35% г/г. Совокупное влияние страховых премий и фрахтовых надбавок формирует «логистическую премию за риск», которая потенциально добавляет 10—12% к конечной стоимости товара на уровне FOB.

Влияние логистических издержек проявляется асимметрично по географическим направлениям. В марте 2026 года российские экспортеры временно приостановили отгрузки зерна в Иран на фоне резкого роста ставок фрахта, страховых премий и сложностей с международными платежами. Дополнительное давление оказывают периодические ограничения Турции на пропуск судов через проливы Босфор и Дарданеллы в периоды эскалации напряженности.

      
      Как сообщает ценовое агентство Argus, экспорт железной руды из портов Порт-Хедленд и Дампир в регионе Пилбара на западе Австралии в августе вырос на 2% в годовом выражении, до 59,4 млн тонн, благодаря увеличению поставок в Южную Корею и Индонезию. Через Порт-Хедленд было отгружено 46,6 млн тонн, на 5% больше, чем годом ранее, тогда как экспорт через Дампир снизился на 7%, до 12,8 млн тонн.
      Поставки из Порт-Хедленда в Китай, крупнейший рынок для австралийской руды, сократились на 2%, до 38 млн тонн. Несмотря на рост китайского импорта железной руды в августе, его частично обеспечили рекордные поставки с проекта Симанду в Гвинее, начавшего экспорт в декабре 2025 года. Снижение производства стали в Китае продолжает сдерживать потребление железной руды.
      Экспорт в Южную Корею вырос на 105%, до 4,1 млн тонн, чему, вероятно, способствовало увеличение производства автомобилей. За январь—август поставки достигли 27,7 млн тонн, увеличившись на 13%. Однако переход корейской металлургии от доменных печей к электродуговым печам, использующим преимущественно стальной лом, может в дальнейшем снизить спрос на железную руду.
      Поставки в Индонезию в августе выросли на 83%, до 1,1 млн тонн, а за восемь месяцев — на 36%, до 5,3 млн тонн. Рост спроса на сталь в Юго-Восточной Азии, связанный с урбанизацией, инфраструктурными и жилищными проектами и развитием сталепотребляющих производств, должен поддерживать спрос на железную руду.
      За январь—август Порт-Хедленд и Дампир отгрузили 474 млн тонн руды, примерно столько же, сколько годом ранее. По оценке Argus на 10 сентября, железорудная мелочь с содержанием железа 58% стоила $85,30 за сухую метрическую тонну CFR Циндао, снизившись на $2,10 за неделю.